(no subject)
Aug. 22nd, 2011 08:32 amточно захочу перечитать ещё раз,отсюда
Длинно и местами сложновато для неспеца, но, честное слово, того стоит.
Много интересных мыслей возникает про то, почему все вокруг поучают, и почему мы так боимся, что наши дети "не соотвествуют", и почему так легко "сдаем" их врачам и педагогам.
Когда будете читать - прислушивайтесь к себе, к тому, что вы думаете и чувствуете. Что особенно зацепило? И потом, если будет желание, напишите здесь.
Оттуда:
Посвятительная задача институтов родовспоможения – женских консультаций и родильных домов - состояла в том, чтобы привести «лиминальную персону» (предварительно разрушив усвоенный ею прежде набор поведенческих стереотипов) к соответствию с образцом. Решение этой задачи осуществлялось посредством определенных, типичных для многих культур, ритуальных акций: лишение имущества и статусных символов. Принудительное изъятие всех личных вещей при поступлении в родильный дом, мотивированное правилами гигиены, обязательное снятие нательного креста и обручального кольца на момент родов, - эти действия оставались обязательным ритуалом отечественных родильных домов вплоть до начала 90-х годов. К тем же процедурам ритуального унижения можно отнести и облачение в униформу (“казенные” ветхие, не по размеру, белье и халаты), и принудительную наготу - запрет родильницам надевать нижнее белье, фамильярность - обращение к своим пациенткам на “ты” (отличительная черта врачей-гинекологов советских медицинских учреждений), и полную изоляцию, досмотр «передач» и корреспонденции.
Институт родильных домов и женских консультаций советского времени сконструирован по образцу исправительных учреждений. Природа проступка роженицы была непонятной. И тем решительнее она должна была пережить обязывающую мощь происходящего с нею. Зачатие формулировалось как грех, вина, а роды и унижение родильного дома, а как форма наказания за этот грех: «любила кататься – люби и саночки возить», «как трахалась – так не орала» [8]. Родовые муки интерпретировались как наказание за секс, который вменялся роженице в вину акушерами (они же - посвящающие).
Особо страшный женский грех перед советским обществом – внебрачное зачатие. Общественный позор падал на голову матерей, самостоятельно растивших своих детей. И для детей и для матерей в этих обстоятельствах были особые социальные термины – «безотцовщина», «мать-одиночка». Прочерк в графе «отец» метрической карты ребенка был позорным пятном в биографии, поводом для злословия соседей и сотрудников.
Все названное – коллаж представлений о материнстве, наследуемый последним советским поколением, то есть императивы, заданные рожденным в 60-70-е годы
Длинно и местами сложновато для неспеца, но, честное слово, того стоит.
Много интересных мыслей возникает про то, почему все вокруг поучают, и почему мы так боимся, что наши дети "не соотвествуют", и почему так легко "сдаем" их врачам и педагогам.
Когда будете читать - прислушивайтесь к себе, к тому, что вы думаете и чувствуете. Что особенно зацепило? И потом, если будет желание, напишите здесь.
Оттуда:
Посвятительная задача институтов родовспоможения – женских консультаций и родильных домов - состояла в том, чтобы привести «лиминальную персону» (предварительно разрушив усвоенный ею прежде набор поведенческих стереотипов) к соответствию с образцом. Решение этой задачи осуществлялось посредством определенных, типичных для многих культур, ритуальных акций: лишение имущества и статусных символов. Принудительное изъятие всех личных вещей при поступлении в родильный дом, мотивированное правилами гигиены, обязательное снятие нательного креста и обручального кольца на момент родов, - эти действия оставались обязательным ритуалом отечественных родильных домов вплоть до начала 90-х годов. К тем же процедурам ритуального унижения можно отнести и облачение в униформу (“казенные” ветхие, не по размеру, белье и халаты), и принудительную наготу - запрет родильницам надевать нижнее белье, фамильярность - обращение к своим пациенткам на “ты” (отличительная черта врачей-гинекологов советских медицинских учреждений), и полную изоляцию, досмотр «передач» и корреспонденции.
Институт родильных домов и женских консультаций советского времени сконструирован по образцу исправительных учреждений. Природа проступка роженицы была непонятной. И тем решительнее она должна была пережить обязывающую мощь происходящего с нею. Зачатие формулировалось как грех, вина, а роды и унижение родильного дома, а как форма наказания за этот грех: «любила кататься – люби и саночки возить», «как трахалась – так не орала» [8]. Родовые муки интерпретировались как наказание за секс, который вменялся роженице в вину акушерами (они же - посвящающие).
Особо страшный женский грех перед советским обществом – внебрачное зачатие. Общественный позор падал на голову матерей, самостоятельно растивших своих детей. И для детей и для матерей в этих обстоятельствах были особые социальные термины – «безотцовщина», «мать-одиночка». Прочерк в графе «отец» метрической карты ребенка был позорным пятном в биографии, поводом для злословия соседей и сотрудников.
Все названное – коллаж представлений о материнстве, наследуемый последним советским поколением, то есть императивы, заданные рожденным в 60-70-е годы
no subject
Date: 2011-08-22 08:52 am (UTC)Особо зацепило следующее:
"Барельеф «Мать» на Лемболовской твердыне (1967 г.) изображает немолодую женщину в платке, рукой прикрывающую младенца. На всех монументальных изображениях того времени матери – вздымают мечи,
снабжают ими воинов,
несут траурные венки,
держат живых или мертвых детей на руках.
Археолог будущего, обнаружив гигантоманию женских изображений древней советской эпохи, сделал бы однозначное заключение. Советские люди поклонялись Великой Матери. Эта богиня войны – она понуждает к ней мужчин и отдает им погребальные почести, а также подающая и охраняющая жизнь детей."
no subject
Date: 2011-08-22 03:05 pm (UTC)мне над этим всем сейчас думается